Пн, 23.10.2017, 07:15
Приветствую Вас Гость | Регистрация | Вход

Гора Сион

Меню сайта
Категории раздела
Жизнь без веры [82]
Жизнь от Бога
Пророчества [26]
О том, что впереди
Едины в вере [71]
Где Бог, там единство духовное
Видео [27]
Хвала, свидетельства...
Свидетельства [27]
О Божьих чудесах
Откровения, сны, видения [50]
Поиск
Вход на сайт
Наш опрос
Кто такой уверовавший?
Всего ответов: 73
Статистика
Мини-чат
Главная » 2017 » Сентябрь » 1 » Небеса (продолжение)
14:09
Небеса (продолжение)
                 
01.09.17
   Начало на страничке  Небеса. Продолжение: Время шло, и я больше привыкла к небесной жизни вокруг меня, ее красота развернулась передо мной, подобно медленно раскрывающемуся прелестному цветку. Восхитительные сюрпризы встречались на каждом шагу.
  Теперь дорогой друг, с которым я рассталась годы назад в земной жизни, мог неожиданно прийти ко мне с сердечным приветствием; теперь те, - которые, возможно, на земле сильно восхищали, но от которых я держалась в стороне от страха перед нежелательным вторжением – могли подойти ко мне, открывая мне свои милые души, полные отзывчивой доброты и близкие по духу мысли, - так что я чувствовала острую боль сожаления оттого, что я потеряла.
   Потом, некоторые истины, лишь частично понятные в жизни, хотя я пылко искала их, представали передо мной более ясными и сильными, овладевали мной, со всем своим блеском, и, возможно, показывали близкую связь земной жизни с божественной.
  Но самым удивительным для меня были неожиданные встречи с некоторыми из тех, кого я никогда не надеялась встретить, с теми, кто с жаром и полными слез глазами изливал бы свою искреннюю благодарность за некоторые полезные слова, серьезные предупреждения, и даже строгие упреки, благодаря которым они обратились от дороги ко греху в «жизнь вечную». Ах, что за радость была для меня, когда я это узнала! Ох, как я сожалею, что моя земная жизнь не была более полно посвящена работе для вечности!  
  Ежедневно моим первым порывом после пробуждения от счастливого блаженного отдыха было поспешить к «реке жизни» и окунуться в ее удивительные воды, такие освежающие, такие бодрящие, такие вдохновляющие.
  С сердцем, полным благодарения, и устами, полными радостной хвалы, утро за утро, иногда в компании с моим братом, иногда в одиночку, я спешила туда, возвращаясь всегда исполненной новой жизни и надежды, и стремилась к нашему дому, где в то время я каждый день слушала чарующие откровения и инструкции моего брата. Однажды утром, вскоре после моего возвращения из моего первого визита на землю, когда я была на пути к реке, мой голос присоединился к прекрасному гимну хвалы, звучавшего повсюду; я увидела красивую юную девушку, быстро приближающуюся ко мне с распростертыми объятиями.
- Милая, милая тетя Ребекка! – позвала она, как только приблизилась,
- ты узнаешь меня?
- Моя маленькая Майя!
- Я плакала, сжимая тонкое создание в своих объятиях,
- Откуда ты так внезапно выпрыгнула, дорогая? Позволь мне взглянуть на тебя снова!– на минуту я отвела ее от себя на расстояние вытянутой руки, только, чтобы снова нежно притянуть ее обратно.
- Ты стала очень красивой, мое дитя. Могу сказать тебе это сейчас без страха, я уверена. Ты всегда были милой, а сейчас просто светишься. Разве это не божественная жизнь?
- Да, - сказала она скромно и мило, - но самое лучшее – это быть как можно ближе к Спасителю.
- Ах, да, что это за время – быть рядом с Ним! Это любого сделает лучистым и красивым! – сказала я.
- Он так благ ко мне; так щедр, так мягок! Он, кажется, забывает о том, как мало я заслуживаю Его заботы.
- Он знает, что ты любишь Его, дорогая; это значит все для Него.
- Что я люблю Его! Ну, если любовь к Нему заслуживает награды, уверена, я должна иметь все желание моего сердца, чтобы я любила его в тысячу раз больше, чем что-либо на земле или небе. Я бы умерла за Него!
 Привлекательное лицо становилось все более лучистым и красивым, пока она говорила, и я начала понимать чудесную силу Христа среди искупленных на небе.
 Это дорогое дитя, которое так прекрасно во всех своих человеческих порывах, так полно земных желаний наслаждений в течение всей ее короткой жизни – чистой и хорошей (насколько мы считаем ее доброй и хорошей, будучи на земле), ещё кажется слишком поглощенной весельем жизни, чтобы думать глубоко о таких вещах, которые она в ее сердце уже почитает и уважает; сейчас в этой благословенной жизни посчитала преимуществом любить Христа, быть рядом с Ним больше любой другой радости!
  И как же очищает и преображает любовь! Как огромная земная любовь всегда делает лицо сияющим и улучшает весь характер того, кто любит, так это божественная любовь возвышает и прославляет того, кто любит, до тех пор, пока не только лицо, но и весь человек не начнет светиться лучами славы, наполняющей его сердце.
   - Пойдем со мной к реке, Майя, - сказала я вскоре после того, как мы побеседовали некоторое время,
- Пойдем, искупаемся.
- С удовольствием, - сказала она, - но ты когда-нибудь была на озере или на море?
- На озере или на море? – переспросила я, - нет, конечно. Здесь есть озеро и море?
- Конечно же, есть - сказала Майя, с небольшим чувством превосходства оттого, что она знает о небесных окрестностях больше, чем я,
- Мы можем пойти на озеро сегодня, а море оставить на следующий день? Как сделаем? - Давай сегодня пойдем на озеро, - сказала я.
  Таким образом, повернув в совершенно ином направлении от пути, который привел к реке, мы радостно последовали дальше, по-прежнему беседуя во время ходьбы. Так много есть что спросить, что вспомнить, так много радостей! В какой-то момент она повернулась ко мне и быстро спросила: - Когда придёт мой дядя Уилл? Моя рука крепко сжала её руку, и комок застрял в моём горле, хотя я спокойно ответила: - Это только в Божьих руках; мы не можем задавать вопросов.
- Да, я знаю. Его воля всегда правильная, но я так давно не видела моего дорогого дядю; и «долго» - не значит жаловаться.
   Она выросла такой женственной, такой мудрой, этот ребенок нежного возраста, с тех пор, как мы расстались, что было радостно беседовать с ней. Я рассказала ей о моем печальном поручении на земле, и о скорби близких мне людей, которых я оставила.
- Да, да, я знаю все! - прошептала она, нежно обняв меня, - Но ждать осталось недолго. Они скоро придут. Здесь никогда не бывает так, что чего-то долго приходится ждать. Всегда так много занятий, так много приятных обязанностей, так много радостей - ах, это не будет долго! Таким образом, она ободряла и утешала меня, пока мы шли через разнообразные и всегда прекрасные ландшафты.
  Наконец, она закричала, подняв руку и указывая своим розовым пальчиком: - Смотри! Разве это не божественная красота? Я затаила дыхание, потом резко остановилась и закрыла свое лицо руками, защищая глаза от полной славы сцены. Не удивительно, что мой брат не привел меня раньше на это место; я была недостаточно духовно сильной, чтобы смотреть на это. Когда я снова медленно подняла голову, Майя стояла, как бы приглашая меня. Свет золотого утра покоился на ее лице, и, смешиваясь с сиянием, которое было в ней, почти полностью преобразил ее. Даже она, так долго живущая здесь, еще не привыкла к этой славе.
- Посмотри, дорогая тетушка! Это Божья воля, чтобы ты это видела, - нежно прошептала она, не сводя глаз со сцены, которая перед ней, - Он позволил мне быть той, кто покажет тебе славу этого места!
  Я повернулась и посмотрела, как бы в полудреме. Перед нами расстилалось озеро, гладкое, как стекло, но утопающее в золотой славе небес, которая сделало его подобной морю расплавленного золота. Цветочные и фруктовые деревья росли до самой его границы во многих местах, и далеко, далеко, на другой стороне этой сверкающей воды, высились купола и шпили этого, по-видимому, могучего города. Многие люди отдыхали у этих цветущих берегов, и на поверхности воды находились лодки чудесной конструкции, наполненные счастливыми душами, движимые невидимой силой.
  Маленькие дети, также как и взрослые, плавали и плескались в воде. Мы увидели группу поющих херувимов, парящих высоко над головами и перемещающихся над озером. Детские голоса донеслись до нас, где мы стояли, с радостной хвалой.
- Пойдем, - сказала Майя, схватив мою руку, - давай присоединимся к ним, - и мы поспешили вперед.
- Слава и честь! - пели детские голоса, - Владычество и сила! – подхватили и ответили голоса великого множества собравшихся, которые, как и мы, присоединились к пению. Группа херувимов продолжила парить вдали, и на расстоянии до нас доносились прекрасные мелодии их сладких голосов и ответное пение на тон ниже - тех, кто ждал внизу.
  Мы стояли на краю озера, и мои щеки были покрыты слезами и глаза затуманились от пережитых эмоций. Я чувствовала себя слабой, как маленький ребёнок, но, о, что за восторг, что за неизреченная радость наполнила и овладела мной! Может, я спала? Или это действительно был еще один этап бессмертной жизни?
  Озерные глубины — “Не видел того глаз.” Мая обвила рукой мою шею и прошептала: - Дорогая, пойдем. После восторга – покой. Я пассивно ей уступила; и не могла поступить иначе. Она повела меня в воду, глубже, глубже в кристальные глубины, и когда, казалось, мы должны были быть на глубине десятков-сотен метров от поверхности, она распростерлась в воде, предлагая мне сделать то же самое. Я сделала так же, и мы сразу же стали медленно подниматься. Наконец, я обнаружила, что мы больше не поднимаемся, а медленно плывем по течению, все еще под многими метрами от поверхности.
  Потом я увидела нечто чудесное. Взглянув, где я нахожусь, я увидела, что меня окружают преломляющиеся лучи. Мне казалось, что я покоилась в центре призмы, и такие яркие и тонкие расцветки земные глаза никогда не видели. Вместо семи цветов, как мы видим здесь, цвета смешивались в такие редкие полутона, что лучи, казались практически безграничными, или они действительно были такими, я не могла их отделить друг от друга. Пока я лежала, разглядывая эту удивительную панораму, краски то становились более глубокими, то постепенно исчезали, подобно северному сиянию. Я была во власти звуков отдаленной музыки. Хотя Майя и я больше не цеплялись друг за друга, мы не плыли врозь, как это естественно можно было предположить, но на таком расстоянии друг от друга, что можно было легко разговаривать. Хотя несколько слов были произнесены нами, но молчание казалось слишком священным, чтобы с легкостью его нарушить. 
  Мы лежали на, или, скорее, внутри воды, как на мягчайшем ложе. Не требовалось усилий, чтобы удержаться на плаву; мягкие волны успокаивали и расслабляли. Когда отдаленная музыка захватила мое внимание, я повернулась и взглянула на Майю. Она улыбнулась в ответ, но ничего не сказала. Вскоре я уловила слова: "Слава и честь, величие и сила", и я знала, что это все еще был хор херувимов, хотя они теперь должны были быть за много километров отсюда. Потом мое ухо разобрало нежный звук колокольчика – серебряного колокольчика с серебряным языком. Я прошептала: - Расскажи мне, Майя.
- Да, дорогая, расскажу. Вода этого озера преломляет свет самым непостижимым образом, как ты видишь; чтобы объяснить, как это происходит, нужно голову помудрее, чем у меня. Кроме того, она передает музыкальные звуки – только музыкальные звуки – на большие расстояния. Песня, очевидно, была далеко от берега озера.
- И колокол? - Это колокол, который находится в городе, на другой стороне озера, зовет к определенным служениям в этот час.
- Никогда не было слаще призыва на службу, - сказала я.
- Да, этот звук прекрасен. Слушай! Сейчас звучит перезвон. Мы легли и слушали, и пока мы слушали, сладкое очарование окутало меня, и я мирно уснула, как ребенок на груди матери. Я проснулась со странным чувством бодрости и силы. Это было чувство, полностью непохожее на то, что я испытала во время купания в реке, но я не могу объяснить, каким образом.
  Майя сказала: - Одна вымывает остатки земной жизни и приготавливает для жизни, в которую мы входим; другая накладывает на нас отпечаток великолепной небесной жизни.
   И я думаю, что ребенок был прав. Когда мы появились из воды, мы обнаружили берега озеро почти пустынными, каждый ушел на вызов колокола выполнять счастливые обязанности этого часа. Группа детишек всё ещё играла рядом в радостной свободе. Некоторые забирались на деревья над водой, с проворством белок, и прыгали со счастливыми криками смеха в озеро, плавая на поверхности, подобно огромным и прекрасным водным лилиям или цветкам лотоса.
- Нет страха вреда или опасности, никакого страха болезни или аварии; безопасность, безопасность и мир, и радость! Это действительно благословенная жизнь, - сказала я, пока мы стояли и смотрели соревнования счастливых детей.
- Я часто думаю, как нас учили верить, что небо – это место, где мы будем носить золотые короны и всегда стоять с арфами в руках! Наши золотые короны являются ореолом Его благословенного присутствия вокруг нас, и нам не нужны арфы, чтобы творить песни хвалы. Мы видим короны и мы слышим ангельские арфы, когда Бог желает этого, но наше самое лучшее поклонение – это исполнять Его благословенную волю, - сказала Мая, когда мы стали уходить.
- Ты так мудра в небесных вещах, моё дитя, - ответила я, - как же я счастлива поучиться у тебя, дорогая! Расскажи мне всё о твоей жизни здесь. И пока мы шли, она рассказала мне о своих годах на небесах – об исполнении своих обязанностей, ее радостях, друзьях, доме, - с привычной непринужденностью.
  Я увидела, что её дом был на значительном расстоянии от нашего - далеко за башнями великого города через озеро, но она добавила: - Что есть расстояние на небе? Мы приходим и идем, как нам угодно. Мы не чувствуем усталости, не спешим и не задерживаемся; это благословенно, благословенно! 
  Неподалеку от нашего дома мы увидели группу детей, играющих на траве, и среди них была красивая большая собака, на которой они катались и прыгали с величайшей свободой. Когда мы приблизились, пёс бросился от них и с привязанностью пошел к нам встретить нас, припав к земле и виляя хвостом, каждым движением выражая приветствие.
- Ты не знаешь его, тетушка? – сияющее спросила Майя.
- Это же дорогой старый Спорт! – воскликнула я, наклонившись и обняв его за большую шею, положила свою голову на его шелковистую шерсть.
- Дружище! Как я рада, что ты здесь! Он ответил на каждую мою ласку с выражением восторга, и Майя громко смеялась от нашей взаимной радости.
- Я частенько задумывалась, найду ли я его здесь. И он, безусловно, заслуживает счастливой жизни за свою верность и самоотверженность в другой жизни. Его интеллект и его верность были намного выше тех многих людей, которых мы считаем бессмертными.
- Не пожертвовал ли он своей жизнью ради маленького Уилла?
- Да, он пытался пересечь дорожку перед приближающимся поездом, потому что увидел, что он будет проходить между ним и его маленьким хозяином, и опасался, что тот в опасности. Это стоило ему жизни. Он всегда становился между любым из нас и угрожающей опасностью, но к Уиллу, казалось, относился особо. Он был храбрым товарищем - он заслуживает бессмертие.
- Дорогой, дорогой старый Спорт, ты никогда не оставляй меня снова! – сказала я, доверчиво поглаживая его. При этом он прыгнул на ноги, радостно лая, прыгал и резвился перед нами остаток пути домой, затем лег на пороге, довольно смотря вверх и виляя своим пушистым хвостом, как бы говоря: "Смотрите, как я ловлю каждое ваше слово"!
- Он понимает каждое слово, которое мы говорим, - сказала Майя.
- Конечно, понимает, вот только не может говорить для полного совершенства. Я-то надеялась, что он может найти его здесь.
- Не было бы и вполовину так интересно, если бы он мог, - сказала Майя.
- Возможно, нет. Какая шелковистая и красивая его длинная шерсть!
- Он купается в реке каждый день, и это также оставляет на нем свой след. 
  Ты знаешь, я думаю, одно из сладких доказательств Отцовской любящей заботы о нас в том, что мы часто находим в этой жизни то, что было дано нам для счастья внизу. Чем более неожиданно это, тем больше радости она приносит – я помню, как однажды увидела, как красивая маленькая девочка вошла в небеса, сразу же она попала в большую и нежную семью. Впоследствие я узнала, что скорбящий крик ее матери был: - О, если бы только она кого-нибудь встретила там, кто позаботился бы о ней! Она пришла, любовно принесенная на руках Самим Господом, а чуть позже, когда Он сидел, все еще держа ее на руках и разговаривая с ней, удивительной красоты котенок Ангора, которого ребенок очень любил, и который болел и умер несколькими неделями раньше, к ее великому сожалению, прибежал по траве и прыгнул прямо в ее руки и, умиротворенный, лег. Что за радостный крик был, когда она узнала своего любимца, такие объятия, столько поцелуев получил котенок, это произвело столько радости на небесах! Кто, как не наш любимый Папа мог подумать о таком утешении для маленького ребенка? Она, очевидно, была робким ребенком, но теперь, когда дети собрались вокруг нее, с восхитительной свободой, которая всегда проявляется в присутствии возлюбленного Господа, она, смело смотря в нежные глаза над собой, начала застенчиво рассказывать об удивительном уме своей безмолвной кошки, пока, наконец, Иисус не оставил её полностью увлечённой игрой среди цветов со своими маленькими друзьями, которые собрались вокруг неё.
  Наш любящий Отец никогда не забудет нас, но даст всё для наслаждения и комфорта в соответствии с каждой нашей нуждой.
- Когда я смогу увидеть Спасителя? Когда я встречусь, лицом к лицу, с Тем, Кого моя душа так любит? – раздался крик из глубины моего жаждущего сердца.
  Майя, как будто понимая мой безмолвный крик, обняла меня за шею, нежно посмотрела в мои глаза, и шепнула: - Ты тоже, драгоценнейшая, скоро увидишь Его. Он никогда не откладывает, когда созревает время Его прихода. Осталось недолго. Ты тоже скоро увидишь Его. Так мы расстались, каждый для выполнения своих обязанностей в этот час…

 
Рейтинг@Mail.ru
Категория: Едины в вере | Просмотров: 44 | Добавил: Evgeniy | Теги: небеса | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 0
avatar